Par mums Raksti Dzeja Galerija Saites Iespηjas Venera Pasβkumi Jautβjumi

Назад

.DOC Версия для печати


Б.Ю.СОКОЛОВА

аспирантка кафедры культурологии Харьковской государственной академии культуры, Харьков, Украина

 

Эволюционный смысл героизма

 

            Философское наследие Елены Ивановны Рерих раскрывает целый спектр важнейших для культурно­духовного развития человечества явлений, среди которых героизму принадлежит одно из ключевых мест. В данном наследии героизм выступает не обычной эстетической категорией, а неотъемлемой частью процессов, связанных с эволюционным продвижением человечества. В то же время, современная философская и культурологическая мысль преимущественно остаются в стороне от исследования этого явления. И это несмотря на то, что еще в середине XIX в. английский философ Томас Карлейль [1] и американский философ Ралф Уолдо Эмерсон [2] впервые попытались осмыслить героизм с точки зрения его важнейшей роли в культурно­историческом процессе. Затем, уже в ХХ в., Еленой Ивановной и Николаем Константиновичем Рерихами была сформулирована оригинальная концепция героизма, имевшая созвучия с идеями указанных мыслителей, но помещавшая данное явление в контекст космической эволюции человека. Эта концепция впервые проанализирована и развита в трудах Людмилы Васильевны Шапошниковой [3], в которых намечены магистральные направления дальнейшего исследования героизма. Можно сказать, что работы вышеназванных мыслителей на сегодняшний день составляют ту методологическую базу, которая позволяет научно осмысливать глубинную суть героизма с точки зрения космического мышления. Конечно, существуют и другие, довольно немногочисленные, исследования [4], однако они рассматривают героизм в плоскости земной истории, не учитывая метаисторическую реальность, которая связывает земные исторические процессы с космической эволюцией.

            Фундаментальная же концепция Елены Ивановны и Николая Константиновича Рерихов дает возможность понять роль героизма в эволюции человечества как органической части единой системы Мироздания. Стержневой основой этой концепции является Живая Этика – философия Космической Реальности, – раскрывающая цельность героизма как явления и показывающая его место в структуре одухотворенного Космоса. Концепция Рерихов нашла глубокое и всестороннее отражение в историко-философских произведениях Н.К.Рериха, а также в его художест­венном творчестве. Примечательно, что его искусство было определено как героический реализм. Кроме того, в эпистолярном наследии Е.И.Рерих немало строк посвящено значению подвига, огромному воспитательному потенциалу литературы о героях. Необходимо также подчеркнуть, что уникальность рассматриваемой концепции связана с тем, что ее создатели – Елена Ивановна и Николай Константинович Рерихи – были сами яркими носителями героического начала, и это придает их концепции особенную убедительность. Далее будут рассмотрены некоторые фундаментальные положения концепции героизма Рерихов, отраженные в Живой Этике. Однако следует отметить, что сама концепция настолько грандиозна, что в данной статье можно наметить лишь отдельные ее штрихи.

            Среди главных особенностей героизма можно назвать то, что он представляет собой одну из граней проявления духа, его сущностную характеристику. Дух – это тонкоматериальная субстанция, и, как «основное формообразующее и творческое начало» [5, с. 48], она пронизывает все уровни бытия Вселенной. Поэтому дух отдельного человека роднит его со всем Космосом, делая его неотъемлемой частью стройной системы, основанной на космических законах. Один из таких законов называется законом Единства, обозначая неразрывную связь всего со всем. «Великое Единство в Космосе главенствует как мощный закон. <…> Каждое зерно духа принадлежит космическому Единству, в котором заключено все космическое творчество», – отмечается в Живой Этике [6, 448]. Этот великий закон делает имманентным Космосу принцип Общего Блага. Поэтому творчество на Общее Благо является естественным состоянием духа, таким же естественным, как само бытие. Следование данному принципу ведет человека к высокому состоянию, называемому в Живой Этике сотрудник Космоса: «Служитель, приверженец Общего Блага, утверждается как сотрудник Космоса» [6, 414]. Это высокое положение также можно назвать и словом «герой».

            Уместно привести определение героя, которое дается в Живой Этике и от которого мы будем отталкиваться в данной статье. «Герой тот, кто действует самоотверженно, неуклонно, сознательно и, действуя во имя Общего Блага, тем приближает течение космической эволюции» [7, 147]. Космическая эволюция – одно из центральных понятий Живой Этики, обозначающее в отношении человечества его поступательное совершенствование как неотъемлемой части Вселенной. Подъем по ступеням этой эволюции обеспечивается неукоснительным следованием законам Космоса. В отличие от обычного человека, герой является субъектом космической эволюции, он действует в ее потоке и помогает ее осуществлению на Земле. Но что дает герою такую способность и право?

            Космическая эволюция в Живой Этике тесно связана с таким сложным и величественным понятием, как Космический Магнит. Эта высочайшая энергетическая структура одухотворенной Вселенной является ее творческим и организующим началом, взаимо­действующим с каждой компонентой в системе Мироздания. «...Космический Магнит есть главная и основная структура или сила, регулирующая энергетические процессы космической эволюции, творящая эту эволюцию и обуславливающая движение энергоинформационного обмена. Эта сила господствует во всем Космосе и Мироздании, и вне ее ничего не существует», – пишет Л.В.Шапошникова [8, с. 83]. С древнейших времен сотворчество человека с ритмом Космического Магнита вливало в поток мировой культуры мифы, легенды, сказания, героический эпос, которые возникали в душе народа под его воздействием.

            Великая сила Космического Магнита творит земную эволюцию, направляя ее в определенное русло. Но действует эта сила через конкретные личности, несущие в себе героическое начало. Как отмечает Л.В.Шапошникова, энергетика истинного героя согласована с ритмом Космического Магнита [3, с. 377]. Именно эта согласованность и дает герою возможность действовать по великим законам Космоса и творить в русле космической эволюции. Весь внутренний мир героя, его дух как бы откликается на ее зов, который он стремится передать людям. Таким было творчество многих творцов и вестников космической эволюции, формировавших то энергетическое пространство, которое необходимо для духовного преображения человечества.

            И еще один важный момент. С Космическим Магнитом, действующим на бескрайних просторах Вселенной, тесно связан принцип Общего Блага. «Присоединение к Космическому Магниту может открыть духу все пути к Общему Благу», – сказано в Живой Этике [6, 744]. И еще: «Достижение Общего Блага утверждается исканиями течения Космического Магнита» [6, 892]. Во всех мирах необъятной Вселенной Космический Магнит творит Общее Благо как один из главных принципов эволюции. И поэтому воплощение этого принципа на Земле связывает героя с ритмом Космического Магнита.

            Ритмы Космического Магнита пронизывают все уровни бытия многомерной Вселенной и обусловливают взаимодействие нашего мира с мирами Высшими. «…Космический Магнит есть связь с Высшими Мирами в велении Бытия», – писала Е.И.Рерих в одном из своих писем [9, с. 242]. В иерархии миров от низших до Высших их место определяется состоянием и качеством материи. В свою очередь, «состояние материи, в конечном счете, обусловливается уровнем вибраций энергии, связанной с данным видом материи» [5, с. 46]. Согласно Живой Этике, Высшие миры – это миры с материей, которой присуща более высокая энергетика. Такие миры выступают причиной для миров, занимающих более низкие уровни иерархичной градации. Одно из главных методологических положений Живой Этики составляет мысль о возможности низшего эволюционировать только с помощью Высшего. В книге «Беспредельность» написано: «Подчинение низшего высшему лежит в основе Космоса. <…> Подчинение низшего высшему приведет к очищению. Человечество подчиняет низшему то, что должно главенствовать. Когда высшее главенствует, тогда трансмутация низшего перерождается в свойство высшего разряда» [6, 115]. Поэтому именно Высшие миры определяют весь ход становления и развития земной истории и культуры на Земле. Из Высших миров в мир плотной материи поступают необходимые эволюционные импульсы, которые дают толчки каждому новому этапу развития. Одним из каналов, через который человечество может получить такой импульс, и является героическое начало. Связь с Высшим, осознанная им или неосознанная, представляет одну из важнейших отличительных особенностей истинного героя. О такой связи образно и проникновенно сказал выдающийся индийский философ Рамакришна: «…Сердце подвижника – это храм Господа» [10, с. 95].

            Под Высшим началом в Живой Этике понимается Космиче­ская Иерархия высокоразвитых сознаний, именуемая Братством Великих Учителей. Эти Великие Духи приходили в мир как культурные герои, выдающиеся философы и мудрецы, создатели учений и религиозные подвижники. Они самоотверженно принимают на себя труднейшие подвиги и неустанно совершенствуют человеческое мышление. Их творчество протекает в пространстве метаистории, которая обусловливает земной исторический процесс и является его причиной. Как пишет Л.В.Шапошникова, метаисторическое действие непосредственно связано с космической эволюцией, и в этом действии заключен энергетический импульс, направленный от Высшего к низшему [11, с. 45]. Такой энергетический импульс исходит от Великих Учителей человечества. Эти великие Герои ведут и направляют земных героев – своих учеников, помогая им на тернистых путях подвига. И такое Руководство запечатлено на многих страницах истории. Надо сказать, что о высшем Водительстве в судьбах героев повествует и героический эпос. Например, в поэмах Гомера связь героя с Высшим началом проявлялась либо через его полубожественное происхождение, либо через непосредственное кураторство божества над ним (например, покровительство Афины Одиссею). И даже ирландские саги (гораздо более поздний эпос эпохи Средневековья) связывают рождение своего героя Кухулина с божественной сущностью – богом света Лугом.

            Таким образом, жизни и деяниям героя будет неизменно сопутствовать высшее Руководство, которое исходит от Иерархии Великих Учителей. Именно поэтому прикосновения к образам героев зарождают понятие Братства, о чем сказано в одноименной книге Живой Этики: «Взрослые нередко не звучат на понятие героиз­ма, но дети любят народных героев. Они восхищаются подвигами и мечтают видеть самих себя на месте борцов за правду. Невозможно лишать детей этого живого источника вдохновения, на всю жизнь останется такое светлое горение. Не чувственность это устремление, но рост сознания, соприкоснувшегося с образом прекрасным. Нужно всеми мерами охранить такие соприкасания, из них зарождается понятие Братства» [12, 470].

            Из приведенной выше цитаты также следует, что при соприкосновении с прекрасными героическими обликами происходит важнейшее действо – рост человеческого сознания. Известный философ и палеонтолог П. Тейяр де Шарден определил эволюцию как «возрастание сознания» [13, с. 193]. Необходимо заметить, что Живая Этика помещает сознание в сердце [14, 358], что созвучно платоновскому кордиоцентризму. Также следует вспомнить, что о познавательных возможностях сердца размышлял и украинский философ П.Д.Юркевич в известной статье «Сердце и его значение в духовной жизни человека». «Сердце есть седалище всех познавательных действий души. <…> Уразуметь сердцем – значит понять (Втор., 8:5)», – писал он, анализируя Святое Писание [15, с. 70]. И далее: «…лучшие философы и великие поэты сознавали, что сердце их было истинным местом рождения тех глубоких идей, которые они передали человечеству в своих творениях…» [15, с. 83].

            Согласно Живой Этике, сердце является посредником с Мирами высшими [14, 535]. Поэтому именно сердце (и, соответственно, связанный с ним дух человека [16]) получает высший эволюционный импульс, о котором говорилось ранее. В нашем контексте это и происходит при соприкосновении с героическим обликом. Этот импульс играет главную роль в развитии, совершенствовании сердца, что напрямую связано с эволюцией человека, ибо, как писала Е.И.Рерих, «без развития и утончения сердца невозможно никакое продвижение, никакой прогресс…» [17, с. 417]. И именно образы героев, примеры их жизни и деятельности способствуют усовершенствованию сердца [14, 359].

            Процессу расширения сознания в Живой Этике уделяется большое внимание. Он представляет собой сложный, длительный и незаметный, «как рост травы» [18, 2 июня 1922], процесс накопления опыта и превращения этого опыта в такое знание, которое становится неотъемлемой частью сознания человека. Таким образом, происходит постепенное открытие, осмысление и вмещение человеком в орбиту своей духовной деятельности все новых граней беспредельной истины бытия. Исследуя методологию Живой Этики, Л.В.Шапошникова отмечает, что с процессом расширения сознания тесно связан принцип «Учитель – ученик» как «космический принцип обучения и познания в процессе эволюции, без которого невозможно какое­либо продвижение человечества» [5, с. 57]. В данном контексте следует подчеркнуть, что расширение сознания происходит только тогда, когда «дух принимает все посылки свыше» [19, 155], иными словами, главную роль в указанном процессе играет высший импульс, идущий по иерархической цепи от высокого Учителя, Космического Иерарха, с которым духовно связан тот или иной герой.

            Итак, расширение сознания, усовершенствование сердца – это грани сложнейшего процесса развития внутренней культуры человека, или самоорганизации его духа [20], иными словами, его эволюции. Поэтому можно сделать вывод о том, что почитание героев, живая память о героических подвигах и сердечное устремление к их носителям, восхищение и подражание (а именно о таком соприкосновении с их образами идет речь) – все это дает возможность подняться на новую высоту совершенствования как отдельной личности, так и целым народам.

            Важнейшую роль в эволюции человеческой природы Живая Этика отводит психической энергии. Последняя является одним из высших проявлений Всеначальной огненной энергии (называемой в Живой Этике Огнем), которая как основа Мироздания разлита во всем пространстве и насыщает каждый его атом [21, с. 52]. Психическая энергия, которую в древности называли «воздухом сердца» [22, 378], представляет собой огромную познавательную и созидательную силу человека, с помощью которой возможны его жизнь и творчество как таковые. Развитие и накопление психической энергии обусловлено развитием культуры, воспитанием нравственных качеств, в том числе и в главной мере героических. Согласно Живой Этике, к героическим качествам относятся:

            1. Преданность Высшему Началу. Уже было отмечено, что связь с Высшим – одна из главных особенностей героического духа, верность же – важнейший его атрибут. «Именно такою преданностью строятся миры, – сказано в Живой Этике. – Можно прочесть самые прекрасные примеры преданности, и это будет повесть о героях» [23, 614]. Интересный образ такой преданности воплощает в себе эпический Роланд, который, умирая, возносит к небу свою перчатку [24, с. 134] – залог явки на службу, который он вручает Богу, как своему небесному сеньору.

            2. Самоотверженность и самопожертвование.

            «Среди огней сердца, – говорится в Живой Этике, – самый яркий пламень – самопожертвования. Именно этот доспех отвращает стрелы вражеские и создает прославленную неуязвимость» [14, 536]. В истории известны случаи, когда самоотверженность создавала вокруг человека некую тонкую защиту от различных вредных воздействий, в том числе от радиоактивных излучений (здесь можно вспомнить подвижническую жизнь Марии Кюри), защиту от серьезных болезней у врачей, спасавших людей во время эпидемий. Каждое чувство, согласно Живой Этике, порождает энергию. Энергия героического чувства, чувства самоотверженности несокрушима [14, 278]. Может быть, поэтому необыкновенная гиперболизированная сила героев воспета в каждом героическом эпосе, когда внешне обычный человек [25] обладает сверхъестественной физической силой, что, возможно, не является метафорой.

            Кроме того, в Живой Этике отмечается, что «самоотвержение есть не что иное, как вдохновение» [12, 18]. Само же вдохновение есть явление Тонкого Мира [14, 192], которое возникает при связи с Высшими сферами бытия. В состоянии вдохновения человек получает из них высокую энергетику, которую он может использовать для творчества и помощи другим людям. Самоотверженный герой, вдохновляющий людей на строительные достижения, на творчество, на подвиг, действует как посланник Высших миров. Он является звеном в цепи, по которой людям передается высокая энергетика, необходимая для их эволюционного продвижения.

            3. Мужество.

            Мужество, как и любое другое огненное качество, создается огненной психической энергией. Ведь недаром бессмертная поэма Гомера «Илиада» повествует о том, как под стенами Трои «пылают» великие герои­ахейцы (Ил., 13; 46, 337, 424), как зажигает троянцев своим мужеством Гектор – «как пламень стремительный» (Ил., 13; 53). Интересно заметить, что то состояние, в котором герои совершают свои подвиги, Гомер называет словом «ярость» (или «гнев»). Эпическая «ярость» – одна из самых ярких категорий гомеровского героического идеала, но она не имеет ничего общего с современной негативной трактовкой этого слова. Скорее, это аналог огненной энергии [26], которая, будучи неотъемлемой от действия, устремляет героя на подвиг. Размышляя о сути эпического мужества, Аристотель в своем произведении «Никомахова этика» писал: «…мужественные совершают поступки во имя прекрасного, а ярость содействует им в этом; <…> мужество от ярости, похоже, самое естественное, и, если добавить сознательный выбор и [прекрасную] цель, это будет [истинное] мужество» [27, с. 113]. Но, как огненная энергия [28], эпический гнев дихотомичен, он может быть как созидающим, так и разрушающим, и Гомер это гениально показал. Гнев Ахилла, порожденный обидой, оборачивается против него самого, а сила такого гнева, не направленная на благо народа, становится не только бесполезной, но и разрушительной.

            Именно поэтому обретение мужества в концепции Живой Этики тесно связывается со спокойствием как состоянием, которое необходимо для действия и созидания [29, 36]. Спокойствие является составной частью более широкого по смыслу синтетического понятия равновесия, которому в данной философской системе уделяется большое внимание. Равновесие, включающее в себя самообладание, спокойствие, доверие к Высшему, вырабатывается человеком в процессе работы над собой и при деятельном устремлении к самосовершенствованию. Равновесие позволяет контролировать эмоции и чувства, в том числе и страх, а также дает возможность накапливать огненную психическую энергию, необходимую для мужества. Обретение равновесия является условием овладения психической энергией и создает непробиваемый энергетический доспех. Именно поэтому мужество требует равновесия, т.е. владения собой, сосредоточения силы, готовой к действию. Победа над собой обусловливает и мужество, и бесстрашие, и отвагу, а также, в конечном итоге, и самопожертвование.

            4. Мудрость.

            В книге «Иерархия» отмечается, что героизм связан с нагнетением, или напряжением, сердечной психической энергии, и такое нагнетение «может зажечь радугу всепонимания» [19, 436]. Здесь речь идет о становлении мудрости, гносеологический статус которой гораздо выше, чем познавательные возможности интеллекта, ибо она связана с сердцем человека. Размышляя о сердце и его эволюционной роли, Л.В.Шапошникова пишет: «В сердце заключены ум и мышление более высокого качества, нежели в интеллекте. Этот ум называется мудростью, которая постигает окружающую действительность более качественно и глубоко, чем сам интеллект» [30, с. 44]. Мудрость – это развитое сердце, способное на непосредственное познавание мира, а поскольку сердце является посредником между Высшими мирами и человеком, то и мудрость связана с информацией из этих миров. Мудрость имеет отношение к метанаучному познанию, совершающемуся через духовную составляющую человека, его внутренний мир, сердце, как инструмент познания более совершенный, чем методы эмпирической науки.

            Здесь важно отметить, что без мудрости не существует эпического героя. В героических эпосах самых разных народов мудрость и мужество являются двумя обязательными гранями единого героического идеала [31]. За редким исключением, когда эти грани воплощены в одной личности, совокупность качеств героя-воина и героя-советника (или мудреца) составляет в целом героический идеал эпоса. Так дополняют друг друга Ахилл и Патрокл, Одиссей и Афина [32], Кухулин и Лойг [33], Сид Кампеадор и Альвар Фаньес Минайя [34], Роланд и Оливьер [35], король Артур и Мерлин из повествования о чаше Граля.

            «Мудр Оливьер, а граф Роланд бесстрашен,

            Известны оба доблестью своею.

            Надели брони, сели на коней,

            Их смерти страх от битвы не удержит» [24, с. 68].

            Эта неразрывная связь мужества и мудрости опять­-таки прекрасно показана и у Гомера: за гибелью советника Патрокла следует гибель его эпического двойника Ахилла, и в царстве теней они неразлучны (Од., 11; 467–468).

            5. Вмещение противоположностей. В Живой Этике сказано: «Героем не будет, кто дорожит жизнью. Героем не будет, кто бесплодно бросает жизнь. Герой несет бережно сосуд, готовый отдать его на созидание мира. Опять те же противоположения. <…> Герой, истинно, ненасытен в подвиге. Он голоден действиями и готов воздержаться каждый час. Он не отрывается от земли, действуя для духа» [36, 261]. Проблема диалектического взаимодействия противоположностей, чье единство и борьба являются онтологической основой жизни во Вселенной, обнаружима в философской традиции как Запада, так и Востока. Одними из главных эволюционных антитез являются дух и материя. Их диалектика лежит в основе всех бинарных оппозиций: Бог и человек, Небо и земля, жизнь и смерть и т.д. Согласно методологии Живой Этики, суть космической эволюции состоит в таком взаимодействии духа и материи, при котором происходит одухотворение последней, создание более высоких и утонченных ее форм [5, с. 40]. Находясь в пространстве земной материи, герой – носитель высокодуховной, и поэтому высоковибрационной, энергетики подвига, самопожертвования, новых знаний – в то же время действует для духа. Как пишет Л.В.Шапошникова, «дух, персонифицированный в определенном герое, и есть та движущая сила, которая и пробивает энергетические коридоры дальнейшего одухотворения земной материи» [3, с. 378]. Однако сопротивление этой материи приводит к тому, что путь героя всегда жертвенен. Инертность человеческого сознания, неспособного сразу оценить мысли и поступки героической личности, часто направленные в будущее, обрекает ее на трагическую участь, обеспечивая в лучшем случае глухую стену непонимания, в худшем – клевету, преследования, физическую расправу. Но, как точно сказал Н.К.Рерих: «Терновый великий Венец ведет мир» [37, с. 59]. И в этих словах заключен важнейший смысл, ибо на Земле тернистые тропы героизма и самоотверженности служат залогом нового начала, нового витка эволюции. Самоотверженное принятие героем своей страдальческой участи во имя эволюционного восхождения человечества в Живой Этике называется испитием «чаши яда» [38, 42].

            Кроме вышеназванных качеств героя, в Живой Этике указывается на соизмеримость [39, 105], наблюдательность и зоркость [36, 561; 14, 223], свободу сознания [39, 42], стремительность [38, 483] и др. Все они заложены в сердце.

            Также Живая Этика отмечает еще одно из главных качеств героя – постоянство, с которым связан важный момент. Выше уже говорилось о том, что героизм является сущностной характеристикой духа, поэтому дух каждого человека несет в себе потенциал героического начала. «…Каждое сердце уже представляет кошель для подвига», – сказано в книге «Мир Огненный» [39, 42].

            Однако заметим, что живущий в нас герой – это данная духу от природы потенциальная возможность им стать в перспективе. Но свое героическое начало человек должен развить, иными словами, аккумулировать определенный энергетический запас для постоянного и неуклонного действия этого начала. Героизм, проявляющийся в виде конкретных качеств и поступков, – это длительный опыт вековых накоплений человеческого духа, это приумноженный огонь, нагнетенная энергия сердца. Именно поэтому Н.К.Рерих писал: «Герои не образовываются – они родятся» [40, с. 331]. Отсюда проистекает и различие между бессознательными и определенными героями, на которое указывается в Живой Этике [29, 130]. Первые могут загореться, но также могут и погаснуть. Но вторые знают, для чего трудятся, и горение их героического духа ровно и постоянно, ибо они веками накапливали пространственные познания.

            Итак, все вышесказанное свидетельствует о том, что ступени эволюции слагаются благодаря героическому началу. Герой – главный субъект этой эволюции, ибо он связан с Космическим Магнитом, а также с Космической Иерархией. Соприкосновение с его величественным обликом обусловливает рост сознания человека, а значит, дает возможность последнему эволюционировать. Высокая энергетика героических деяний шаг за шагом совершенствует материю плотного мира. В книге «Надземное» есть интересный образ: «Что же представляют собою герои и мученики? В смысле энергетическом, они составляют как бы живые вулканы, извергающие напряженные энергии. Действительно, такие напряжения необходимы для эволюции. Таким образом мы снова приходим к сочетанию этики с биологией. Учение Новой Жизни показывает, что энтузиазм и есть благословенное напряжение. Люди не могут быть без этих ведущих вспышек. Если в Космосе взрывы будут созидательными импульсами, то и взрывы человеческие также нужны для эволюции» [29, 272].

            Все это обусловливает ведущую роль героев в историче­ских судьбах народов. Именно поэтому Николай Рерих писал: «Жизнь героя ведет человечество» [37, с. 53]. А согласно мысли Р.У.Эмерсона (см. его работу «Избранники человечества»), один из основных признаков героя – это то, что он открывает перед человечеством перспективу духовного роста и «неудержимо толкает нас вперед» [2, с. 135]. Героический эпос также запечатлел интуитивное прозрение народом этой великой миссии героев. Каждый из них для своего народа является путеводной звездой, о чем говорят их эпитеты: Король Артур, «вождь народа» Сигурд из исландского эпоса «Старшая Эдда» [41], «народоводитель» Беовульф и «пастырь народа» Хродгар из англосаксонской поэмы «Беовульф» [42] и пр.

            Называя героев «выразителями стран», Н.К.Рерих отмечал, что в их многообразном подвиге «выражена душа народная» [37, с. 45]. Яркой иллюстрацией к этим мыслям могут служить строки из ирландской саги. Ее герой Кухулин, перечисляя своих воспитателей и учителей, говорит: «Все люди Улада приняли участие в воспитании моем: как возницы, так и повелители колесниц, как короли, так и певцы верховные; я любимец войск и собраний и сражаюсь равно за честь всех» [43, с. 592]. Так герой несет в себе психологию и внутреннюю сущность своего народа. Сила и мужество, победа над хтоническими чудовищами и природными стихиями хотя

            и являются неотъемлемыми качествами эпического героя, все же не есть его глубинная специфика. Выдающийся ученый А.Ф.Лосев считал, что такая специфика «заключается в безусловном внутреннем и внешнем единстве личности и родо-племенного коллектива, в единстве настолько близком и нерасторжимом, что каждая личность является как бы индивидуальным воплощением родо-племенного коллектива, и в каждой личности родо-племенной коллектив как бы сознает себя» [44, с. 171]. Истинный герой, неважно, эпический он или исторический, является символом всего народа, которому принадлежит, выразителем его мыслей и устремлений, народ же вкладывает в героя все свои лучшие надежды и чаяния. О нерасторжимом единстве героической личности и народа свидетельствуют сцены всенародного оплакивания погибшего героя, которые есть во многих героических эпосах и по своему внутреннему содержанию очень сходы между собой. Вспомним, к примеру, сцену оплакивания Гектора (Ил; 24, 708–714):

            «…грусть несказанная всех поразила, –

            Все пред вратами столпилися встречу везомого тела. <…>

            Верно, и целый бы день до заката блестящего солнца,

            Плача над Гектором храбрым, рыдали толпы за вратами…»

            И становится понятно, почему в Живой Этике подчеркивается, что отношение к героям является критерием различения восходящих и нисходящих народов. Сердцу дряхлеющего народа понятие героизма будет чуждо, обременительно и даже неприлично, но тот народ, который мечтает о герое, закладывает основы своего будущего восхождения [36, 46]. Н.К.Рерих также писал о том, что страна, которая бережет в сердце образ своего героя, свидетельствует о своем потенциале к совершенствованию [37, с. 47]. Ведь только бережное отношение к памяти того, кто непосредственно был связан с Высшим началом, дает возможность народу эволюционно продвигаться. Как пишет Л.В.Шапошникова, герой является персонифицированной связью народа с Высшим, «ибо в нем изначально воплощается творческая энергия Космической Иерархии» [3, с. 377]. Об этом символически точно сказал и Томас Карлейль: «Почитание героев <…> – это постоянное присутствие Неба на нашей бедной Земле: если его здесь нет, Небо закрыто от нас…» [1, с. 409]. И в этом почитании и наша связь с Высшим, и наша возможность неуклонного продвижения вперед.

            В одной из книг Живой Этики сказано: «Не следует думать, что настоящее время обычно. Оно неповторяемо и может начать новую эру. Но творите героев, – так заповедано» [23, 555]. Приход Нового Мира обусловлен развитием героического начала, и героизм – это естественное состояние человека будущего. И уже сейчас мы имеем такие примеры: ведь те, кого мы называем героями, отличаются альтруизмом и самоотверженностью, а также ощущением связи с Высшим [45, с. 87]. И в будущем это качество духа может дать возможность каждому человеку действительно стать частью и сознательным сотрудником одухотворенного Мироздания, приобщиться к творчеству космической эволюции. Но для этого уже сегодня человечество должно осмыслить всю его необходимость и действенность. И когда это произойдет, мир будет потрясен осознанием того, что героизм – не отвлеченное понятие, а непреложная основа преображения человека, условие его реального продвижения и одухотворения жизни. Об этом мечтала и для этого трудилась Елена Ивановна Рерих.

 

Литература и примечания

1. Концепция Т.Карлейля нашла свое воплощение в работе «Герои, почитание героев и героическое в истории», которая опубликована в сборнике «Теперь и прежде». См.: Карлейль Т. Теперь и прежде / Пер. с англ. Н.Горбова. М., 1906. – 450 с.

2. Мысли Р.У.Эмерсона изложены в работах: Эмерсон Р.У. Избранники человечества / Пер. с англ. С.Г.Займовского. М.: Изд-­во «Проблемы эстетики», 1912. – 228 с.; он же. Нравственная философия. Мн.: Харвест; М.: АСТ, 2000. – 384 с.

3. См., напр.: Шапошникова Л.В. Неугасимый свет тернового венца / Мудрость веков. М.: МЦР; Мастер­Банк, 1996. – 480 с.

4. Здесь можно упомянуть такие работы: Сапронов П.А. Феномен героизма. СПб.: ИЦ «Гуманитарная Академия», 2005. – 512 с.; Bernstein A. The philosophical foundations of heroism // http://www.mikementzer.com/heroism.html.

5. Шапошникова Л.В. Философия Космической Реальности [Вступ. ст. к Живой Этике] // Живая Этика. Листы Сада Мории. Книга первая. Зов. М.: МЦР, 2003. С. 5–165.

6. Живая Этика. Беспредельность.

7. Живая Этика. Община (Рига).

8. Шапошникова Л.В. Веления Космоса. М.: МЦР, 1995. – 144 с.

9. Рерих Е.И. Письма. Т. 3. М.: МЦР; Благотворительный Фонд им. Е.И.Рерих; Мастер­Банк, 2001. – 768 с.

10. Провозвестие Рамакришны. Рига: Угунс, 1992. – 261 с. (Репр.).

11. Шапошникова Л.В. Земной маршрут космической эволюции // Культура и время. 2008. № 4. С. 28–55.

12. Живая Этика. Братство.

13. Тейяр де Шарден П. Феномен человека / Пер. с франц. Н.А.Садовского. М.: Наука, 1987. – 240 с.

14. Живая Этика. Сердце.

15. Юркевич П.Д. Сердце и его значение в духовной жизни человека / Философские произведения. М.: Правда, 1990. – 670 с.

16. Сердце в Живой Этике характеризуется как «дом Духа» [14, 99].

17. Рерих Е.И. Письма. Т. 2. М.: МЦР; Благотворительный Фонд им. Е.И.Рерих; Мастер­Банк, 2000. – 576 с.

18. Живая Этика. Листы Сада Мории. Книга первая. Зов.

19. Живая Этика. Иерархия.

20. Культура, по определению Л.В.Шапошниковой, является «самоорганизующейся системой духа» (Шапошникова Л.В. Чаша Грааля космической эволюции / Мудрость веков. М.: МЦР; Мастер­Банк, 1996. С. 290).

21. Рерих Е.И. Беседы с Учителем // Новая эпоха. 1999. № 1. С. 49–56.

22. Живая Этика. Аум.

23. Живая Этика. Мир Огненный. Ч. I.

24. Песнь о Роланде / Пер. со старофранц. Ф. де ла Барта. М.: Гос. издат. худ. лит­ры, 1958. – 272 с.

25. При этом иногда даже указывается на маленький рост героя (Кухулин из ирландских саг) или на его пожилой возраст (герой украинской народной думы «Отаман Матяш старий»).

26. Известный писатель и культуролог Г.Д.Гачев обратил внимание на близкое произношение слов «огонь», «огнь», «гнев»: «“Огонь” – ignis, Agni. Главное сочетание: gni – гнь (ср. гнев – воспламенение…)» (Гачев Г.Д. Национальные образы мира. М.: Советский писатель, 1988. С. 365). На наш взгляд, заслуживает внимание и то, что, например, английское слово fury («ярость») похоже по написанию и по произношению на слово fire («огонь») и также очень сходно с немецким словом feuer («огонь»).

27. Аристотель. Сочинения. В 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1983. – 830 с.

28. На двойственность огненной энергии указывается в книге «Мир Огненный» [23, 28].

29. Живая Этика. Надземное.

30. Шапошникова Л.В. Актуальность Пакта Рериха в современном мире // Культура и время. 2005. № 4. С. 41–51.

31. В отношении гомеровского эпоса это показано в исследовании И.В.Шталь (Шталь И.В. Художественный мир гомеровского эпоса. М.: Наука, 1983. С. 181–182). Е.М.Мелетинский тоже упоминает о двух идеальных эпических типах воина и мудреца (Мелетинский Е.М. Введение в историческую поэтику эпоса и романа. М.: Наука, 1986. С. 119).

32. Богиня мудрости в поэме Гомера «Одиссея» считается alter ego хитроумного странника.

33. Герои ирландских саг уладского цикла, отражающих состояние Ирландии языческой эпохи и самых первых времен христианства, т.е. примерно III–VII вв. н.э. Окончательное формирование саг исследователи относят к X в.

34. Герои испанского героического эпоса «Песнь о Сиде», возникшего около 1140 г.

35. Герои французской героической поэмы «Песнь о Роланде», самые ранние источники которой принадлежат к XII в., хотя действие поэмы относится к VIII в.

36. Живая Этика. Агни Йога (Знаки Агни Йоги).

37. Рерих Н.К. Душа народов. М.: МЦР, 1995. – 104 с.

38. Живая Этика. Мир Огненный. Ч. III.

39. Живая Этика. Мир Огненный. Ч. II.

40. Рерих Н.К. Листы дневника. В 3 т. Т. 3. М.: МЦР; Мастер­Банк, 1996. – 688 с.

41. Исландские песни о богах и героях, условно объединенные названием «Старшая Эдда», сохранились в рукописи, которая датируется второй половиной XIII в., хотя ее генезис исследователи относят к еще более ранним временам, чем начало заселения Исландии скандинавами в конце IX – начале X в.

42. Англосаксонская эпическая поэма «Беовульф» относится к концу VII – первой трети VIII в.

43. Исландские саги. Ирландский эпос. Библиотека всемирной литературы. Т. 8. М.: Худ. лит., 1973. – 864 с.

44. Лосев А.Ф. Гомер. М.: Учпедгиз, 1960. – 350 с.

45. Чернозёмова Е.Н. Дети нового сознания: современное состояние проб­лемы // Дети нового сознания: материалы междунар. науч.-обществ. конф., 2006. М.: МЦР; Мастер­Банк, 2007. С. 77–101. 



Baltu klubs | Sociopsiholoμijas asociβcija | Lielβs Mβtes Sapulce | Lβθu kopa