Par mums Raksti Dzeja Galerija Saites Iespçjas Venera Pasâkumi Jautâjumi

Назад

.PDF Версия для печати


Ю.В.ПАТЛАНЬ

заведующая сектором отдела архивов Национального центра народной культуры «Музей Ивана Гончара», Киев, Украина

           

Структурно-символическое единство книги стихов Н.К.Рериха «Цветы Мории» и книг Учения Живой Этики«Листы сада Мории»

         

Чудеса Учителя растут.

Посреди сада любви растут озарения духа.

…Но Умножу силы дочери Моей, ибо она идет в Сад Мой.

…Когда иду в сад прекрасный, не боюсь тягости.

Листы Сада Мории. Зов. 6 апреля 1923 г.

 

            Книга Н.К.Рериха «Цветы Мории» вышла в берлинском издательстве «Слово» в 1921 г., 90 лет назад. Гонорар за ее издание был перечислен в пользу голодающих в России в 1929 г. «Цветы Мории» были переизданы в Америке под другим заглавием – «Flame in Chalice by Nicholas Roerich. Translated by Mary Siegrist» [1]. С журнальных публикаций стихотворений и отдельных «Листов дневника» началось возвращение литературного наследия Рериха на его родину. И хотя стихотворения Рериха вызывают очень большой интерес и воспроизводятся, возможно, наиболее широко из всего литературного наследия Н.К.Рериха (только в советское время, с 1974 по 1992 г., нам известно 6 книжных переизданий; очевидно, что затем их стало много больше), записана даже аудио­книга «Цветы Мории», которая, как и первое издание 1921 г., доступна в интернете. Еще в 1920-­е гг. композитор В.Завадский написал симфоническую сюиту на темы стихов Н.К.Рериха. Однако нам не удалось обнаружить современных исследований текста книги «Цветы Мории» в его неразрывной связи с книгами Учения Живой Этики, хотя изучение стихотворений Рериха давно входит в программу филологических специальностей.

            Впервые довольно тщательный анализ структуры «Цветов Мории» дал Павел Беликов, отметив автобиографичность и связь поэ­зии как с духовной биографией Рерихов, так и с книгами Живой Этики «Листы сада Мории» («Зов» и «Озарение»): общий зачин, обращенный к России, дату «1920», которой заканчивается текст «Цветов Мории» (несмотря на то, что в книгу включены стихотворения и 1921 г.), которая, по мнению П.Беликова, точно указывает на год начала записи книг Живой Этики [3].

            Еще в 1997 г. по поэзии Рериха была защищена кандидатская диссертация О.Г.Шостак [17]. В целом ряде современных статей вслед за П.Ф.Беликовым [2; 3] вновь и вновь отмечено родство или же влияние на идеостиль Рериха поэтики стихотворений Тагора («Садовник», «Гитанджали», «Лунный серп») и философии Индии [4; 5; 6]. Однако в большинстве учебников и пособий по литературе Серебряного века книга Рериха до сих пор упомянута лишь вскользь, а о стихах сказано только, что это «белые стихи» или же «верлибр», отмечается родство со стихотворениями А.Ремизова и В.Иванова, а также часто приводится цитата из письма Н.К.Рериха В.Шибаеву: «Публика совершенно не понимает “Цветы Мории”, но все­-таки чувствует, что есть какое­-то внут­реннее значение» [3]. И, таким образом, это указание самого Рериха на непонимание «Цветов Мории» подчеркивается публикаторами и транслируется до сих пор, спустя 90 лет после выхода книги.

            Наше внимание привлек заголовочный комплекс книги, в частности понятия «сада», «листьев», «цветов». Специалисты отмечают интересную особенность поэзии Рериха – явление стихотворного переноса в конце строки, причем «в стихотворениях Рериха почти во всех случаях конечная строка равна заглавию стихотворения. Таким образом, финальные слова оказываются в трижды сильной позиции: как конец стихотворения; как конец стихо­творения, отмеченный анжамбеманом1; как конец стихотворения, отмеченный анжамбеманом и совпадающий с заглавием стихотворного текста» [7]. С другой стороны, отмечая ту же особенность – смысловой круг, образованный заглавием стихотворения и его последней строкой, другой исследователь И.В.Кравцова пишет: «Пояснить непонятное в тексте помогает то, что понятно само по себе. <…> У Н.Рериха такими понятными частями текста как раз и являются заголовок и последняя строка» [6].

            И здесь внимательного читателя книги Рериха и подстерегает неразрешенная в самой книге загадка. Заглавие книги стихотворений отнюдь не является более понятным, чем отдельные стихотворения, составляющие ее. Более того, нигде в тексте «Цветов Мории» не объясняется ее заглавие, не встречается имя Мории. Однако оно присутствует в схожих заглавиях двух первых книг Живой Этики: «Цветы Мории» (1921) и «Листы Сада М. / Листы Сада Мории» (1924, 1925). Здесь крайне важно, что понятие «Цветы Мории» отсутствует в тексте книги Рериха. Неким намеком на разгадку могут служить лишь строки:

            Никто не знает, где

            оставил хозяин знаки свои.

            Вернее всего, они – на столбах

            у дороги. Или в цветах (Священные знаки, 1915) [10, с.14],

            и затем:

            В светлом саду живет благая

            Лакшми. <…> Ты

            расцветила землю садами. Ты –

            красоту возлюбившая (Лакшми-­Победительница, 1909) [10, с. 102–103],

            то есть указание на происхождение «цветов» как «священных знаков» некоей благой, даже божественной сущности, данных ею людям. И далее в «Озарении»: «Как лепестки роз, сыплются знаки, ибо время близко» [15, с. 25].

            Таким образом, речь может идти о еще одном смысловом переносе, так свойственном Рериху, на котором с особой силой удерживается внимание читателя. Но это перенос­-тождество не заглавия и концовки стихотворного текста, а заглавия поэтической книги Николая Константиновича и заглавий последующих по времени книг Живой Этики. Таким образом, в круг структурно­-символического единства заключены три текста, объединеные одним Источником – благим Садовником «сада светлого», «сада прекрасного», что подчеркивается уже на уровне однотипных и содержащих одно и то же имя заглавий.

            А понятие «цветы Мории», ставшее заголовком книги стихов Рериха, появляется в книге Учения Живой Этики «Зов»:

            любовь устремится

            потоком сверкающим, являя чудеса цветов М ... [14, с. 25],

            а запись от 25 декабря 1920 г. накрепко увязывает между собой понятия «цветы Мории» и «Мои листья»:

            Цветы М... непригодны для многих садов, но они

            цветут даже на льдинах.

            Как целебные травы, Мои листья помогут многим

            ранам [14, с. 47].

            В свою очередь, понятие «Мои листья» созвучит и указывает на структурные взаимосвязи текста Живой Этики не только с поэзией Рериха, но и с несколько необычным жанрообразующим заглавием его дневниковых текстов – «Листы дневника» [9]. Причем в тексте книги «Листы Сада Мории. Зов» объяснено и важнейшее различие между «цветами» и «листами сада Мории»: «Сужденное не случайно, и листы упадают во времени» [14, с. 7]; «Знай корни и плоды, и отдай другим листья, они сменяются каждый год» [14, с. 43]; «Листы растут каждый день, цветы лишь к сроку» [14, с. 83]; «Каждое дерево в радости одевается цветами, но сбрасывая листья, оно не грустит, зная о весне. Опять в битве отвлеклись цветами, но человечеству далеко до цветов» [14, с. 77]. Таким образом, листы–листья действительно связаны с понятием «дня», «дневника», «ежедневных записей», переменчивости и обновления. Можно видеть здесь и указание на срок появления «Цветов Мории», как текста­-предвестника Живой Этики. Тогда становятся понятными знаменитые зачины «Зова»:

            В Новую Россию Моя первая весть.

            Ты, давший Ашрам,

            Ты, давшая две жизни, –

            возвестите [14, с.7]

            и поэмы «Ловцу, входящему в лес»:

            Дал ли Рерих из России

            – примите.

            Дал ли Аллал-­Минг­

            Шри­-Ишвара из Тибета

            – примите.

            Я – с ним» [10, с. 111].

            На их соотнесенность также впервые указал П.Беликов [3], говоря о том, что изучающие Учение Живой Этики напрасно оставляют без внимания «Цветы Мории». Спустя много лет нужно подчеркивать обратное: полное понимание текста книги стихов Н.К.Рериха совершенно невозможно без знания текстов Учения, так как именно «Цветы Мории» и могли быть первой вестью о нем для России, что подтверждается обращением «счастливый ловец» в «Зове» [14, с. 48], соответствующим концовке «Радуйся! Радуйся! ловец трижды позванный» из «Цветов Мории» [10, c. 121]

            Заглавия, сочетающие слова «цветы» или «листы» (листья) с именем духовного учителя, давшего тексты, указывают не только на неразрывную связь «Цветов Мории» и первых книг «Учения Живой Этики», но и на ряд глубоких литературных традиций Запада и Востока. Для более точного понимания жанровой и смысловой специфики как книги Рериха, так и книг Учения, их символики необходимы знания по исторической поэтике, тогда ассоциативный ряд заглавий произведений со схожей семантикой и функциями текста может быть легко выстроен. Это «Луг духовный» (ср. сборник литературно-­критических статей А.Белого «Луг зеленый»), «Цветник Девы Марии», «Цветочки Св. Франциска Ассизского», «Сад божественных песней» Г.С.Сковороды, «Цветы Мории» и «Листки дневника» Н.К.Рериха в европейской традиции; «Листы Сада Мории» и «Садовник» Р.Тагора – в индийской. Как видно, все эти произведения принадлежат к жанрам стихотворений или миниатюр, раскрывающих житие, деяния, поучения святого или духовного учителя, который их дал или которому традиция приписывает совокупность кратких случаев­притч и афоризмов, иногда молитв (как, например, «Цветник Девы Марии»), иногда даже схожее название может указывать на книгу детских стихов («Детский цветник стихов» Р.­Л.Стивенсона), кстати, в переводах крупнейших поэтов и теоретиков русского символизма [11].

            Интересно, что при жизни Рериха «Цветочки Св. Франциска Ассизского» были первый и единственный раз полностью изданы в России в 1913 г. [16], а «Садовник. Лирика любви и жизни» любимого Рерихами Тагора издавался в Москве трижды (1914, 1919, 1924 г.). А в 1925 году в кооперативном издательстве «Новая жизнь» (Москва) вышел сборник стихотворений Тагора под заглавием «Цветы моего сада. Садовник. Гитанджали» [13]. Сравним: у Тагора: «Повели – и я соберу плоды мои и принесу на двор твой полными корзинами, хотя иные плоды потеряны, а иные не созрели. <…> Сад произрастил плоды свои, и в томительный час вечера, при свете заходящего солнца, слышится зов из твоего жилища на берегу» [13; с. 3]; Учение Живой Этики. Зов: «Но как опавшие плоды отбираем в корзину, так законченные мысли уносятся» [14, с. 84]; «Владыко, почему не доверишь мне собрать все плоды сада Твоего? Но где же корзины твои?» [14, с. 95]; в «Озарении»: «Как садовник допускает сад покрыться бутонами, мрак бурьяна изгоняя, так и Мы следим за движением рук избранных» [15, с. 34].

            Возможно, именно из­-за явного указания в заглавии на структурно-­символические тождества и связи, подобные показанным выше, и именно из-­за невозможности понимания поэзии Рериха без учета основополагающих книг Учения Живой Этики, при переиздании книги стихов Н.К.Рериха «Цветы Мории» в советское время, в 1974 и 1977 гг., также как и в случае американского издания, потребовалось изменение смыслосодержащего заголовка. Было выбрано и пропущено цензурой заглавие «Письмена» с отсылкой к А.М.Горькому: «Эти поэтические сюиты Л.Н.Андреев назвал «Северное сияние», А.М.Горький назвал «Письмена», считая Рериха величайшим интуитивистом современности» («От издательства») [10, с. 5].

            Итак – именно Мория в названных текстах Н.К.Рериха и Учения Живой Этики предстает в образе Садовника, который растит цветы Красоты и учеников-­садовников, детей как цветы:

            Ожидайте Его, и Он ответит на зов ваш,

            Так же как цветок отвечает зову утреннего

            солнца. <…>

            Плоды и цветы Моего сада доступны всем,

            Будьте хранителями сада Моего.

            Поставлю вас у Врат Моих, и возвестите вы во Имя Мое.

            Мое Слово с вами пребудет. <…>

            Я сказал – Красота.

            И в бою, и в победе Я сказал – красота.

            И неудача покрылась Красотою.

            И горы зацвели Красотою.

            А вы цветы допустите, их допустите – детей.

            И склонитесь перед Принесшим ее – Красоту

            Великого Мира. <…>

            … И когда вы будете строить Храм Красоты,

            И на подходах к нему раскинете сад Радости,

            То назовите сад этот Моим Именем, ибо Я сказал вам:

            Радуйтесь, дети!» [14, с. 101, 103, 110, 125].

            В изученной нами современной литературе нет единого мнения о том, что же растет в «Саду Мории», что такое «цветы Мории». Кто­-то считает, что «мысли Учителя», кто­-то – что «ауры учеников». Книги Живой Этики позволяют найти ответы на эти вопросы. И ответы эти также глубоко символичны. Что растет в саду М.? Деревья, травы, цветы, кристаллы. Подобно им, растут и изменяются люди – сами Рерихи и их духовные качества: «Любите Меня – сила ваша растет любовью»; «Растить обиду – плохой сад», «Мощь ваша растет праной»; «Дайте расти сердцу вашему и откройте глаза ваши»; «Сердце растет, и знание накопляется»; «Мощь растет на явлениях чужой души», «Чистые мысли, как ветви, вьются, разные они, но рост их укрепляет дерево», «Сулю рост сознания, оно приходит постепенно, незаметно, как рост травы», «Достижение есть – оно растет, как кристалл, насыщенный опытом», и др. [14, с. 21, 24, 26, 40, 44, 67, 83, 86]. Но чаще всего растет дух: «Сталь пробуют огнем – сила духа растет от дыхания жизни», «Так растет дух, явленный перед мирозданием», «Огонь действия жизни растит крылья духа», «Так и бывает, когда дух сознает служение, новые крылья растут и кругом воздух поет ночью» и мн. др. [14, с. 80, 85, 118, 123]. Итак, «Вы меняетесь у Меня на глазах»; «Как дерево обновляет листву, так люди процветают на пути добра»; «Еще один день, и растет цветок ваш»; «Так же и в Учении Духа. Ученик получает озарения радости. <…> И должен вырасти духом На всех обратившихся. Но не боится он. И знает, что его время приходит» [11, 14, 86, 111, 117]. И наконец, в «Озарении»: «Как саду прекрасному, Радуемся мысли чистой. Потому не удивляйтесь, что Великий Учитель повторяет простые фразы. Фиксируя эти мысли, Мы иногда даем укрепиться отличному цветку духа. Поэтому, наряду с великими космическими открытиями и мировыми событиями, Мы также бережно растим цветы духа. Так разнообразна работа Нашего Братства» [15, с. 60].

            Итак, на основе текстового анализа заглавий и текста книги стихов Н.К.Рериха «Цветы Мории» и книг Учения Живой Этики «Листы Сада Мории. Зов», «Листы Сада Мории. Озарение» мы подтвердили структурно-символическое и семантическое единство данных текстов (концепты сада, Садовника, цветка, листьев). Наиболее близки между собой тексты книги стихов Н.К.Рериха и первой книги Учения Живой Этики «Зов», однако именно книга «Озарение» содержит наиболее полные пояснения символики предшествующих текстов. Кроме того, на основании анализа перво­источника раскрыты понятия «цветы Мории», «листы Сада Мории», «Сад Мории». В произведениях Рериха, начиная с ранней поэзии и до дневниковых записей последних лет, вслед за символикой Живой Этики «листы», «листки», «листья» могут быть поняты и как листы дерева, и, следовательно, как страницы Книги Жизни одновременно (в «Тайной Доктрине» Е.П.Блаватской утвер­ждается, что одни из первых священных книг, полученных из того же источника, были запечатлены на пальмовых листьях).

            Останавливаясь на образах «сада прекрасного», «сада светлого» у Н.К.Рериха и в книгах «Листы Сада Мории», нельзя не упомянуть богатейшую символику Сада (сад­виноград) и Цветка в традиционной народной и книжной культуре. Здесь сад – владение самого Творца, и сердце человека – тоже цветок в Его Саду. Сравните у Р.Тагора, сборник «Лунный серп»: «Когда в девичестве мое сердце открывало свои лепестки, ты (малютка­-ребенок. – Ю.П.), как благоухание, носился вокруг него» [12, с. 19]; сборник «Цветы моего сада»: «Горсть праха могла скрывать знак твой, когда я не знал его смысла. / Но теперь, когда я стал более мудрым, я распознаю его во всем, что скрывало его прежде. / Он запечатлен в лепестках цветов; волны выбрасывают его с пеной, холмы поднимают его на своих вершинах» [13, с. 5]; «Я понимаю голос твоих звезд и молчание твоих деревьев. Я знаю, что мое сердце раскроется, подобно цветку, что моя жизнь переполнилась у скрытого источника» [13, с. 10]; «Нет! Не в твоей власти превратить почку в цветок! / Сорви почку и разверни ее – ты не в силах заставить ее распуститься. / Твое прикосновение загрязнит ее, ты разорвешь лепестки на части и рассеешь их в пыли. Но не будет красок, не будет аромата. / Ах, не в твоей власти превратить почку в цветок. / Тот, кто может раскрыть почку, делает это так просто» [13, с. 11–12].

            На основании изучения ряда текстов со структурно подобными заглавиями мы можем четко определить жанр «Цветов Мории» – это «книга стихов», стихотворения которой образуют структурно-семантическое единство между собой и вне собственной поэтической книги – с книгами Учения Живой Этики. В свою очередь, Учение Живой Этики продолжает традиции как восточной, так и западной философии и литературы, где концепт «сада», «цветка», «листьев» рассматривается с точки зрения множественных связей Творец – творение; Учитель – ученик. Предложенный к рассмотрению ряд книг со структурно подобными заглавиями дает возможность более глубокого понимания как поэзии Н.К.Рериха и ее генезиса, так и книг Учения Живой Этики. Они предназначены для утоления духовного голода, что и подчеркивал сам Рерих: «Книга «Цветы Мории», как вы знаете, издана для голодающих. Для духовно голодных! Ибо голод телесный ничто в сравнении с голодом духовным. И ближайшая задача каждого мыслящего во благо – помогать. Ведь лишь помогая, мы получаем» [8, с. 91].

 

Литература:

1. Flame in Chalice By Nicholas Roerich. Translated by Mary Siegrist. (Book I. Series 10: `Songs and Sagas`. New Era Library). New York: Roerich Museum Press, 1930.

2. Беликов П.Ф. Рерих и Индия. Страны и народы Востока, вып. XIV. Сб. Восточной комиссии Географического общества СССР, АН СССР. М.: Наука, 1972. С. 211–236.

3. Беликов П.Ф. Семья Рерихов. Опыт духовной биографии. Электронный ресурс: http://lib.rin.ru/doc/i/81995p15.html

4. Выговская Н. Источники тем и возможные параллели с восточными учениями. «Цветы Мории» Н.Рериха и «Гитанджали» Р.Тагора. Электронный ресурс: http://phil2.ru/2009/02/15/источники­тем­и­возможные­параллели­с

5. Гилевич К.В. «Цветы Мории» Н.К.Рериха и «Гитанджали» Р.Тагора: сравнительный анализ некоторых аспектов. Электронный ресурс: http://www.odessa­roerich­house.od.ua/research/KG_Tagore.doc

6. Кравцова И.В. К вопросу об идеостиле Н.К. Рериха. Пятигорский государственный лингвистический университет, 2009. Электронный ресурс: http://www.pglu.ru/lib/publications/University_Reading/2009/VII/uch_2009_VII_00013.pdf

7. Насонова Ю.И. Особенности свободного стиха Н.К.Рериха. Доклад на Международной научной конференции «Лингвистика и поэтика в начале третьего тысячелетия (Институт русского языка им. В.В.Виноградова РАН, 24–28 мая 2007 года). Электронный ресурс: http://philologos.narod.ru/lpconf2007.html

8. Рерих Н.К. Держава Света. Священный дозор. Рига: Виеда, 1992.

9. Рерих Н.К. Листы дневника. В 3 т. 2­e изд. М.: МЦР, Мастер­-Банк, 1999, 2000, 2002.

10. Рерих Н.К. Цветы Моріи. Берлин: Слово, 1921.

11. Стивенсон Р.­Л. Детский цветник стихов / Пер. с англ.: Ю.Балтрушайтис, К.Бальмонт, В.Брюсов, Я.Мекейн, О.Румер, Вл. Ходасеевич. М.: Госиздат, 1920.

12. Тагор Рабиндранат. Лунный серп / Пер. с англ. А.Васина. М.: Современные проблемы, 1925.

13. Тагор Рабиндранат. Цветы моего сада. Садовник. Гитанджали / Пер. с англ. Н.А.Пушешникова. М.: Новая жизнь, 1925.

14. Листы Сада Моріи. Зов. Париж, 1924.

15. Листы Сада Моріи. Озарение. Париж, 1925.

16. Цветочки святого Франциска Ассизского / Пер. А.П.Печковского, вст. ст. С.Н.Дурылина. М.: Мусагет, 1913. Репринтное изд. Брюссель: «Жизнь с Богом», 1993.

17. Шостак О.Г. Поэзия Н.К.Рериха и ее место в русской философской лирике. Автореферат дисс. …канд. филолог. наук. Киев, 1997.

 

________________________

1. Enjambement (фр. – перенос) – несовпадение синтаксического и ритмического членения стихового отрезка с вытекающим отсюда разрывом синтаксического ряда и перенесением части его в следующий ритмический отрезок. – Прим. ред.           



Baltu klubs | Sociopsiholoěijas asociâcija | Lielâs Mâtes Sapulce | Lâču kopa